Кубанский
евангельский христианский университет
Курсовая
работа
ИСТОРИЯ БЕДСТВИЙ ЧЕЛОВЕКА И ХРИСТИАНИНА В
СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЕВРОПЕ на примере жизни ПЬЕРА АБЕЛЯРа
По предмету: История
Церкви
Выполнила
студентка 1 курса
Программы «Школа
ученичества» ОДО
Ворошилова
Ника Николаевна
Преподаватель
Доктор богословия
(Ph.D.)
Бабий Алла
Семёновна
Краснодар
2010
Тема:
История бедствий человека и христианина
в Средневековой Европе на примере жизни Пьера Абеляра.
Тезис: Искренний рассказ
Пьера Абеляра о своей жизни позволяет нам изнутри увидеть нелёгкую жизнь
Средневековья и в то же время является и для сегодняшнего читателя
замечательным примером того, как человек может обрести покой и утешение в
Господе, несмотря ни на какие бедствия.
Цели:
1) Проанализировать произведение Пьера
Абеляра «История моих бедствий» и ознакомиться с жизненной историей выдающегося
философа и богослова XII
века; 2) взглянуть на эпоху Абеляра его глазами, проанализировать те бедствия,
с которыми он сталкивался, с исторической точки зрения; 3) проанализировать
личность богослова, увидеть, каким образом Пьер Абеляр находил утешение в столь
непростых жизненных ситуациях, и извлечь из его истории уроки, которые можно
применять и в контексте наших дней.
ВВЕДЕНИЕ
Пьер Абеляр является выдающимся философом и богословом XII века. Он известен, не
только своими изысканиями в сфере теологии и диалектики, но также и своим
знаменитым произведением «История моих бедствий», где он просто и искренне
пишет о своей жизни, повествует обо всех своих взлётах и падениях, описывает
свой путь от громкой славы и вызванной ей гордыни до смирения перед Богом, к
которому его привели многочисленные лишения и страдания. Произведение Абеляра
является бесценным памятником средневековой литературы, который представляет
также ценность и для историков, и для душепопечителей, и просто людей,
столкнувшихся с жизненными трудностями и сносимых с ног бурным потоком горестей
и бедствий. Ведь, с одной стороны, автобиография великого мыслителя
Средневековья приоткрывает занавес в его эпоху, ненавязчиво рисуя картины
только недавно появившихся университетов, развратной жизни в монастырях,
церковных соборов, выискивающих и пытающихся уничтожить на корню «еретические
учения». С другой же стороны, мы видим честный рассказ человека, которому
приходится пережить огромные потери, полностью изменившие его жизнь. Эта
история не может оставить читателя равнодушным, и из неё можно извлечь уроки,
которые помогут устоять и найти утешение в самую трудную минуту, и которые
остаются актуальными и сегодня, девять веков спустя.
В настоящей работе мы попытаемся проанализировать трагический
рассказ Пьера Абеляра и взглянуть на его исторический фон, который обусловил
многие бедствия, с которыми пришлось столкнуться богослову. Мы также обратим
особое внимание на то, каким образом Абеляр находил утешение в своих
несчастьях, и постараемся вывести некоторые принципы, которые он применял в
своей жизни и которые могут быть полезны и нам.
Работа состоит из введения, четырёх глав и заключения. В первой
главе мы постараемся получить объективное представление о роли Пьера Абеляра в
глазах его современников и в истории в целом посредством обзора некоторых
посвящённых ему трудов. Во второй, третьей и четвёртой главе мы рассмотрим
основные бедствия, которые постигли знаменитого учителя, и ознакомимся с их
историческими предпосылками. Таким образом, на примере жизни Абеляра мы
постараемся понять, с какими трудностями приходилось встречаться христианам
Средневековья. Сквозной линией через всю работу пройдёт попытка через призму автобиографической
повести знаменитого монаха проанализировать его личность и то, где он находил
выход и утешение в своих горестях. В заключении будут сделаны выводы о том, с
какими бедствиями сталкивался человек и искренний христианин в суровую эпоху
Средневековья, а также сформулированы некоторые уроки, которые мы можем извлечь
из истории Абеляра и применять и сегодня в своей жизни.
В данной работе использованы материалы из различных источников:
монографий таких историков, как С.В.Санников, Этьен Жильсон, Джеймс Норт;
различных критических статей, изданных вместе с трудами Пьера Абеляра; а также
из пяти интернет-источников. Также было рассмотрено произведение самого Абеляра
«История моих бедствий». Мы ознакомились с трудами авторов из различных стран и
разной научной величины. У каждого из них – свой взгляд на жизнь и деятельность
средневекового теолога, каждый делает свой акцент в его истории. Однако это
позволило нам получить более полное и объективное представление о нём и его
судьбе и сделать соответствующие выводы.
1. ИСТОРИЯ БЕДСТВИЙ ПЬЕРА
АБЕЛЯРА. ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ
Прежде, чем мы приступим к
непосредственному знакомству с автобиографическим произведением Пьера Абеляра и
анализу описанных там событий, следует рассмотреть мнения историков об этой
выдающейся личности эпохи Средневековья, чтобы иметь более полное и объективное
представление о его роли в истории, философии и богословии того времени. Узнав
о том, как относились к нему современники, а также оглянувшись на историю философии
и богословия и поняв, какое в действительности место занимает там Абеляр, мы
сможем более объективно подойти к анализу повести монаха о его былой славе и
злоключениях. Ведь, как известно, людям зачастую свойственно преувеличивать как
свои успехи, так и горести.
Различные источники дают
несколько отличающиеся друг от друга сведения о Пьере Абеляре. Эти различия
касаются как отдельных фактов биографии монаха-теолога, так и оценки его
личности, учения и даже мотивов написания его автобиографической повести.
Однако все они соглашаются с тем, что Абеляр является выдающейся исторической фигурой.
С.В. Санников, повествуя в
своей монографии об этом французском философе и богослове XII века (1079- 1142), знаменитом
представителе схоластической школы теологии, пишет о том, что Абеляр известен
как «человек скандала»[1]. И не удивительно. С этой личностью
действительно было связано много скандалов и споров; с целью разобраться с его
«еретическим учением» было созвано два собора, после последнего из которых папа
Иннокентий II в 1140 году приговорил Абеляра к
вечному молчанию[2]; многие современники обвиняли его в разного
рода ересях. Однако же авторы более поздних периодов на все лады говорят о
неоценимой роли этого теолога.
Вот что пишет о нём один
из крупнейших специалистов по средневековой философии Этьен Жильсон:
Этот страстный философ,
этот беспокойный, гордый, воинственный ум, этот борец, чей поход внезапно
прервал любовный эпизод, закончившийся столь драматично, был, возможно,
величайшим человеком той эпохи – благодаря как мощной притягательной силе своей
личности, так и оригинальности своих философских построений[3].
Портрет Абеляра, рисуемый
Жильсоном, являет нам благородного героя, жертвующего своей жизнью во имя
истины, ради развития новых идей, прогресса философской мысли. Он подчёркивает
тот факт, что «логика Абеляра оказала глубокое влияние на средние века»[4]. Очевидно, что Жильсон восхищается как
личностью средневекового философа, обладавшего, по его словам, благородным
сердцем[5], так и его выдающимися способностями.
«Таким умам принадлежит честь обновлять всё, к чему они прикасаются. Их
несчастья в том, что они становятся первыми жертвами собственных открытий»[6]- пишет он с уважением об Абеляре.
С.В. Перевезенцев в своей
работе о Пьере Абеляре также отдаёт должное его выдающимся достижениям,
значению его философских и богословских изысканий, новых идей. Вот что он пишет
о судьбе философа-новатора и влиянии его идей на всю западноевропейскую науку,
а также на Римскую католическую церковь :
Абеляр
вырабатывал основные принципы всей будущей западноевропейской науки — научное
познание возможно только тогда, когда предмет познания подвергается
критическому анализу, когда выявляется его внутренняя противоречивость и затем
с помощью логического мышления находятся объяснения существующим противоречиям.
Совокупность принципов научного познания называется методологией. Поэтому можно считать, что Пьер Абеляр
является одним из первых в Западной Европе создателей методологии научного
познания. И именно в этом заключается
главный вклад Абеляра в развитие западноевропейского научного знания. Для
самого Пьера Абеляра его идеи стали причиной всех жизненных бедствий. Однако
они оказали самое непосредственное и
значительное влияние на процесс развития всей западноевропейской науки,
получили самое широкое распространение и, в итоге, повлияли на то, что уже в
следующем, XIII столетии сама
римско-католическая Церковь пришла к выводу о необходимости научного
обоснования христианской догматики. Эту работу проделал Фома Аквинский[7]
Таким образом очевидно, что
вклад Пьера Абеляра в науку, философию и теологию Западной Европы просто
невозможно переоценить. Он оставил неизгладимый след на страницах европейской
истории. Не удивительно, что Жильсон называет его «одной из самых замечательных
личностей XII столетия»[8].
Также примечательно, что простые
современники, не обременённые церковной или политической властью и не видящие в
этом одарённом человеке соперника, не оставались равнодушными к Абеляру и его
таланту. «Им восхищались мужчины, его обожали женщины»[9], - пишет о нём в своей статье Светлана Иль.
Именно «значительные церковные деятели<…> не приняли его учения», так как
«его взгляды шли вразрез с его временем»[10], как утверждает американский историк Джеймс
Норт.
Таким образом, сделав лишь
небольшой обзор работ, посвящённых Пьеру Абеляру, мы можем утверждать, что он
был выдающимся философом и богословом, привнёсшим много новых идей в
средневековую западноевропейскую теологию, оказавшим значительное влияние на
науку своего времени и запечатлённым на страницах истории как яркая,
неординарная личность, как человек, готовый претерпеть многие лишения ради
торжества истины и развития богословской
мысли. Получив подобное представление об Абеляре, сформированное на базе самых
разнообразных источников, мы сможем быть более объективными при анализе его
автобиографического труда. Также благодаря подобному непредвзятому взгляду на
личность монаха, нам будет несложно понять, в чём заключаются предпосылки его
бедствий, которые мы подробнее рассмотрим в следующих разделах нашей работы.
Коротко ознакомившись со
взглядом со стороны на жизнь и деятельность Пьера Абеляра, приступим к более
близкому рассмотрению тех бедствий, которые ему пришлось пережить.
Примечательно, что все эти события действительно строго обусловлены историческим
контекстом происходящего – нравами той эпохи, развитием и популярностью
философии и богословия, повсеместным чудовищным упадком морали в монастырях,
ужесточением контроля чистоты католической веры, что чуть позже оформилось в
ужасающую машину инквизиции. В последующих трёх главах мы чуть ближе
познакомимся с некоторыми фактами биографии выдающегося богослова, и через это
нам откроется картина - хоть и не во всей полноте - средневековой жизни.
2. БЕДСТВИЕ ПЕРВОЕ: ЛЮДСКАЯ ЗАВИСТЬ И ОТСУТСТВИЕ СВОБОДЫ
МЫСЛИ. ФИЛОСОФСКИЕ И БОГОСЛОВСКИЕ БАТАЛИИ АБЕЛЯРА
…во многой мудрости много
печали; и кто умножает познания, умножает скорбь. (Еккл.1:18)
Те, кому знакомо имя Пьера Абеляра, в первую очередь знают его как
яркого представителя Средневековой схоластики, который очень повлиял как на
своих современников, так и на становление философии и богословия в целом, хоть
сегодня некоторые его взгляды и могут удивить нас. С перспективы времени видно,
что этот талантливый человек родился именно в ту эпоху, когда возникли такие
условия, которые смогли поспособствовать развитию его дара и где он смог
применить свой блестящий ум. Однако же, в эти суровые времена многие
талантливые люди поплатились жизнью за свои новые идеи и свежий взгляд на
привычные вещи. Среди них оказался и Абеляр.
Общеизвестным фактом является, что именно эпоха Средневековья стала
временем появления университетов[11]. Санников
отмечает, что «университеты Средневековья были религиозными школами, но их
отличительной чертой стало то, что они являлись не только образовательными, но
и научными центрами»[12]
Именно благодаря появлению подобных заведений, новый толчок развития получили
философия и богословие, идущие в то время рука об руку.
Уже с первых строк своей автобиографической книги Абеляр начинает
повествовать о своём увлечении учением, философией и в частности диалектикой. В
семье ожидали, что Пьер станет военным – ведь мальчик родился и рос в эпоху
крестовых походов. Однако отец с детства привил ему любовь к учёбе. Поэтому
юноша сделал свой выбор в пользу университета. «Избрав оружие диалектических
доводов среди остальных положений философии, я променял все прочие доспехи на
эти и предпочёл военным трофеям – победы, приобретаемые в диспутах» - пишет сам
Абеляр.[13]
Благодаря этому решению, история философии приобрела одного из наиболее
выдающихся своих представителей. Именно в университете начали формироваться
взгляды будущего монаха-теолога. И тут же его постигло первое бедствие –
людская зависть и гонения со стороны противников его идей, причём некоторые из них
преследовали его до самого конца жизни, несмотря на то, что, если верить мнению
некоторых учёных, Пьер Абеляр сделал огромный вклад в само зарождение
богословия. «На мой взгляд, именно рождение теологии как науки и послужило
истинной причиной первого осуждения Абеляра на Суассонском соборе 1121 года»[14] -
пишет в своей критической статье Неретина С.С.
Конечно же, в данной работе мы не сможем установить все истинные
причины гонений на несчастного философа. Однако некоторые причины становятся
очевидными при знакомстве с произведением «История моих бедствий», а также с
различными критическими статьями историков и с письмами некоторых из самых ярых
его преследователей.
Для начала посмотрим, что же говорил сам Пьер Абеляр о причинах
своего изгнанничества и осуждения как философа и богослова:
Сначала я был принят им (первым учителем – прим.автора) благосклонно, но затем
стал ему в высшей степени неприятен, так как пытался опровергнуть некоторые из
его положений, часто отваживался возражать ему и иногда побеждал его в спорах.
Наиболее же выдающиеся из моих сотоварищей по школе весьма сильно вознегодовали
на меня за это и тем сильнее, чем я был моложе их по возрасту и по курсу
обучения. Здесь то и начались мои
бедствия, продолжающиеся поныне; чем шире распространялась обо мне слава, тем
больше воспламенялась ко мне зависть[15].
Таким образом, по собственному мнению Абеляра, преследовали его из
зависти к его таланту, острому уму, способности побеждать в спорах и вызванному
всем этим успеху. Надо заметить, что немалую роль здесь сыграл и характер
философа, который видно даже из его приведённых выше слов, – его страсть к
спорам, любовь к словесным баталиям, непокорность и даже гордыня, в чём он
позже сознается сам на страницах своего произведения[16].
Однако, именно сочетание личностных качеств теолога с нравами, обычаями и
взглядами того времени повлекло за собой такие последствия.
Итак, чтобы лучше понять, почему Абеляр подвергался преследованиям,
взглянем на общую картину того времени, тех обстоятельств, в которых оказался
этот талантливый человек. В условиях развития науки, философии и богословия,
которые существовали в то время неразрывно и не противоречили друг другу,
зародились университеты и школы, в которых преподавали авторитетные и всеми
уважаемые специалисты в этих областях знаний. Система образования в то время
кардинально отличалась от современной. Читая воспоминания Абеляра, мы видим,
что молодые люди, желающие приобрести знания, выбирали себе учителей и часто
следовали за ними, путешествовали вслед за своими наставниками, переходили из
одного университета в другой – лишь бы посещать уроки именно того человека,
который в тот момент пользовался наибольшей популярностью, либо же привлекал их
чем-то другим. Именно из-за подобной системы Пьер Абеляр был столь ненавистен
остальным преподавателям. Обладая острым умом и ораторским талантом, он
одерживал победы, как мы уже увидели, даже над своими учителями. А побеждая их
в спорах, он завоёвывал их аудиторию – за исключением тех студентов, которые
завидовали ему, сами тайно желая быть на его месте. Не находя других средств
отомстить ему, другие учителя стремились оклеветать его. Однако, пока он не
приступил к богословским изысканиям, он был в небольшой опасности. Лишь только
он осмелился увлечься изысканиями в области теологии, он поставил себя под
удар.
Столкнувшись с жизненной драмой, которую мы рассмотрим в следующем
подпункте, учитель и каноник[17]
Абеляр вынужден был стать монахом. В монастыре он продолжил обучение, теперь
уже с большим уклоном в богословие. Вот что пишет он о своём учителе, на
удивление пользовавшемся в то время огромной популярностью:
Если кто-нибудь
приходил к нему с целью разрешить какое-нибудь своё недоумение, то уходил от
него с ещё большим недоумением <…> Он изумительно владел речью, но она
была крайне бедна содержанием и лишена мысли. Зажигая огонь, он наполнял свой
дом дымом, а не озарял его светом[18].
Обладая характером прямолинейным и дерзким, Абеляр не скрывал
своего мнения о старом учителе. Возмущённые оскорблением, нанесённым их
наставнику, другие ученики бросили вызов гордецу попробовать себя в
исследовании и преподавании Писания, попросив преподать уроки по сложнейшей
книге пророка Иезекииля. Так было положено начало богословским изысканиям
философа[19]. Лишь только попробовав
себя в этом деле, этот одарённый человек тут же покорил сердца студентов,
которые стали предпочитать его лекции демагогии почтенного старца. Последствия
не заставили себя долго ждать:
«Вследствие этого названный выше старец стал терзаться жестокой завистью
ко мне и <…> начал столь же сильно преследовать меня в области
богословских вопросов, сколь раньше Гильом в области философских» - пишет
Абеляр.
Католическая церковь, опасаясь ересей и лжеучений, а также
ослабления своей власти, всё больше усиливала свой контроль, отслеживая новые
богословские взгляды, тщательно проверяя вновь появляющиеся теологические
трактаты. В случае подозрения на искажение истины, осуждение церкви или критику
христианского вероучения, книга уничтожалась, а автор её карался. Зная это,
противники Абеляра пользовались возможностью устранить своего конкурента.
Кто-то же действительно считал его вольнодумцем и еретиком. В любом случае,
монаху пришлось пережить множество страданий и унижений, преследований со
стороны официальной церкви и церковных авторитетов. Одним из таких гонителей
теолога стал Бернар Клервоский, которого «народное благочестие считало<…>
главным средневековым святым»[20]. Вот
что пишет Санников об этом человеке: «Он стал величайшим проповедником и
религиозным деятелем своего времени, вдохнувшим новую жизнь в средневековый
аскетизм и мистицизм»[21].
Бернар был ярчайшим представителем мистического направления философии
Средневековья. Абеляр же был выдающимся схоластом[22]. В
лице двух этих непревзойдённых теологов своего времени столкнулись два мощнейших
философских течения, развившихся в ту эпоху.
К счастью для Пьера Абеляра, он жил и умер раньше, чем в движение
пришла машина инквизиции в той ужасающей форме, которую она приняла всего
немногими годами позже. Иначе его наверняка постигли бы ещё более чудовищные
муки. Хотя и то, что ему пришлось пережить, сломило его.
Выше мы уже упоминали Суассонский собор, созванный в 1121 году, осудивший
без каких-либо конкретно сформулированных претензий трактат Абеляра «О
божественном единстве и троичности». Имя знаменитого учителя теологии было
опорочено, а сам он был унижен – ему не дали возможности оправдать себя и
принудили собственноручно бросить своё произведение в огонь[23].Это
столь трагичное для него событие отверженный богослов описывает в книге
«История моих бедствий». Среди историков есть мнение, что «Абеляр пишет
автобиографию, чтобы восстановить в глазах современников свое доброе имя,
вызвать сострадание у читателя»[24]. В
действительности, ему удалось вновь получить признание, вернуться в Париж в
1136 году и возобновить преподавание[25]. Но
вскоре после этого Бернар Клервоский начал «холодную войну» с Абеляром,
настроил против него всю церковную элиту, добился созыва ещё одного собора. Вот
лишь несколько выдержек из писем Бернара, где он сообщает о ереси Пьера Абеляра
различным священнослужителям:
«Новое куётся
евангелие для племён и народов, новая предлагается вера, закладывается иной
фундамент, чем положенный ранее» (Бернар - папе)
«…он заразил
римскую курию ядом своих новшеств» (Бернар – Стефану, кардиналу и епископу
Пренестинскому);
Бернар –
магистру Гвидо де Кастелло: «…когда говорит он о Троице, от него пахнет Арием;
подобно Пелагию помышляет он о благодати; когда же он помышляет о личности
Христа, он думает, как Несторий»;
Бернар – кардиналу-пресвитеру Иву: «Да освободит бог
церковь свою от уст нечестивых и языка вероломного.»[26].
Не удивительно, что Бернар сумел
повлиять на судьбу Абеляра. Знаменитый мистик возглавил противников схоласта
ещё в середине 1120-х годов[27]. Но
Сансский собор состоялся в 1140 году. Участники собора осудили сочинения
Абеляра.
Бернар и его сторонники просили у папы Иннокентия II
осуждения еретического учения Абеляра, беспощадной расправы с последователями,
запрещения Абеляру писать, преподавать и повсеместного уничтожения книг Абеляра.
Больной и надломленный, философ удаляется в монастырь Клюни[28].
Абеляр был настолько истощён годами преследований и противостояний, что
этот последний удар оказался для него последним. Он так и не оправился от него
и скончался через два года. Бернар же, выступивший на соборе как главный
оппонент подсудимого, вошёл в историю как «победитель Абеляра»[29] -
чем, по иронии судьбы, ещё раз подтверждается огромная роль гонимого теолога в истории
философии и богословия.
Справедливо будет отметить, что некоторые взгляды Пьера Абеляра
действительно можно назвать неортодоксальными:
Абеляр полагал, что язычники, которые преследовали
Христа, не совершали никаких греховных действий, так как эти действия не
находились в противоречии с их убеждениями. Не были греховны и античные
философы, хотя и не являвшиеся сторонниками христианства, но действовавшие в
соответствии со своими высокими моральными принципами. Абеляр подверг сомнению
утверждение об искупительной миссии Христа, которая состояла не в том, что он
снял грех Адама и Евы с рода человеческого, а в том, что был примером высокой
морали, которой должно следовать все человечество. Абеляр полагал, что
человечество унаследовало от Адама и Евы не способность к греху, а лишь
Способность раскаиваться в нем. Согласно Абеляру, божественная благодать нужна
человеку не для осуществления добрых поступков, а в качестве награды за их
осуществление[30].
Подобные взгляды, безусловно, отличаются от Библейского позиции и от
официального учения церкви. Однако, читая автобиографическую повесть монаха, а
также видя его вклад в развитие Римско-католического богословия, невозможно
назвать Абеляра лжеучителем и еретиком. Тем более, что сам он пишет о своей
вере и любви ко Христу: «Я не желаю быть ни философом, возражающим св. Павлу,<…>
ни даже неким Аристотелем, чтобы отделять себя от Христа, ибо нет иного имени
под небесами, которым я мог бы спастись»[31]. Эти
строки он написал сразу после осудившего его Сансского собора[32].
Итак, познакомившись с историческим контекстом жизни и деятельности Пьера Абеляра, можно
сделать вывод, что значительная часть его бедствий, а именно: вражда с другими
философами и университетскими учителями, а позже – богословские баталии и
осуждение со стороны Римско-католической церкви – обусловлена несколькими
причинами. Во-первых, характером
этого «человека скандала», любящего дебаты и прямолинейно выражающего свою
точку зрения, не всегда совпадающую с общепринятой. Во-вторых, его блестящим умом, благодаря которому он имел успех,
вызвавший не только восхищение, но и зависть современников. В-третьих, сложившейся в то время
системой обучения в университетах, при которой студенты могли переходить от
одного преподавателя к другому в зависимости от своих предпочтений. Разумеется,
популярность Абеляра лишала его конкурентов аудитории, что ещё больше
возбуждало их ненависть к нему и толкало на клевету и всяческие притеснения. В-четвёртых, развитием в то время двух
основных направлений в философии и богословии – схоластики и мистики. Будучи
схоластом, Абеляр имел богословские споры с мистиками. Самым известным из них
стал Бернар Клервоский, который добился, чтобы сам папа Иннокентий II приговорил его соперника к
вечному молчанию. Последнее окончательно сломило несчастного монаха, всю жизнь
отстаивающего то, во что он верил. Хотя помимо всех этих бедствий Абеляру
пришлось пережить ещё немало горестей. Ещё некоторые из них мы рассмотрим ниже.
3. БЕДСТВИЕ ВТОРОЕ: ТРАГИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ
ЛЮБВИ – ДРАМА ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ ПЬЕРА АБЕЛЯРА
Притом знаем, что любящим Бога, призванным по [Его] изволению, все
содействует ко благу. (Рим.8:28)
Мы рассмотрели бедствия, постигшие Пьера Абеляра как богослова и
философа, как учителя и священнослужителя. Однако помимо этого он был и просто
человеком, мужчиной, как и все, искавшим своего счастья. Так как целями нашей
работы является с одной стороны рассмотреть через призму жизни Абеляра нравы
Средневековья, а с другой – увидеть пример того, как христианин справляется с постигающими
его трудностями, мы считаем целесообразным взглянуть на взаимоотношения Пьера и
Элоизы, через которые мы увидим и то, и другое.
Эта трагическая повесть
считается одной из известнейших и самых романтичных историй любви. Благодаря ей,
Абеляр остался в памяти людей не только как философ, но и как человек, кого
постигла глубокая личная трагедия, но которого при этом Бог благословил даром
настоящей любви.
Надо отметить, что родилась
эта любовь не в чистоте, а в греховной страсти, что, как это не прискорбно,
само по себе является отражением действительности эпохи Средневековья. Внешне
это был период строгости, набожности и целомудрия. Но если смотреть правде в
глаза, то это было время, когда нравы были развращены ничуть не меньше, чем в
наши дни. На страницах своей автобиографической повести Абеляр спокойно
описывает, как он расчётливо и хитро проник в дом каноника Фульбера, который
жил вдвоём со своей горячо любимой племянницей Элоизой. Она не только была привлекательна
внешне, но и славилась во всей Франции своим умом и образованностью, что в то
время было огромной редкостью для девушки. «Элоиза к четырнадцати годам не
только читала, но и свободно говорила на латинском, греческом и еще на
древнееврейском языке, что, по словам Абеляра, уже никак не укладывалось в
голове»[33]Это и
привлекло его. Вообще рационально мыслящий схоласт очень прагматично подошёл к
выбору возлюбленной. Вот, что он пишет об этом: «…рассмотрев всё, привлекающее
обычно к себе влюблённых, я почёл за наилучшее вступить в любовную связь именно
с ней»[34] В
простом и честном рассказе о своей жизни он без стеснения пишет о себе и своей
славе не только как философа, но и как мужчины, из-за чего он ни капли не
сомневался в успехе своего плана: «…я пользовался тогда такой известностью и
так выгодно отличался от прочих молодостью и красотой, что мог не опасаться
отказа ни от какой женщины, которую я удостоил бы своей любовью»[35].
Дойдя до крайности в подобном тщеславии и самоуверенности, по собственному
признанию, Абеляр был готов даже принудить Элоизу к «любви» в случае отсутствия
взаимности с её стороны[36].
Однако прибегать к насилию ему к счастью не пришлось – девушка была покорена
своим учителем, несмотря на очень большую разницу в возрасте (Абеляру было уже
под сорок, Элоизе даже не исполнилось восемнадцати[37]).
Итак, знаменитый теолог и его одарённая юная ученица стали тайно встречаться
под предлогом обучения в доме старого Фульбера, где Абеляр поселился, якобы
чтобы быть ближе к церкви, где он был каноником.
Подобное начало взаимоотношений этой знаменитой пары шокирует, ведь
Абеляр служил в храме, а Элоиза, племянница каноника, воспитывалась в монастыре.
Поразительно также, что дом Фульбера до сих пор сохранился, а над дверью его
висит табличка с надписью: «Здесь жили
Элоиза с Абеляром. Искренние возлюбленные. Драгоценные образцы для подражания.
Год 1118»[38].
Однако же, первое объясняется историческим контекстом того времени, когда,
к сожалению, многие церковные служители, вплоть до самих пап не ходили с Богом
и даже не знали Его, что неизбежно влекло за собой грех. Что же касается
вопроса о том, каким же образом подобные отношения могут быть образцом для
подражания, необходимо увидеть историю этой пары во всей полноте.
В действительности, анализируя произведение Абеляра, мы с удивлением
видим, что на самом деле он приблизился к Богу именно благодаря последствиям
своего греховного романа. То же можно сказать и об Элоизе. По милости, Господь
обернул во благо то зло, которое они сделали, и привлёк их к Себе, хоть им и
пришлось познать горе позора, разлуки и боли, как душевной, так и физической.
Бог также посредством постигших их бедствий очистил их любовь от греховных
примесей (насколько мы можем судить), и они сохранили эту нежность и
преданность друг другу до самой смерти.
Интересно, что описывая эти события, Абеляр оглядывается на свои
действия с перспективы времени и говорит о своих несчастьях, обо всех горестях,
которые повлекла за собой его страсть, как о милосердном действии Бога. «Моя,
так сказать, коварная и изменчивая судьба создала удобнейший случай, чтобы было
легче сбросить меня с высоты моего величия в бездну. И вот божественное
милосердие унизило меня, косневшего в величайшей гордыне и забывшего о
воспринятой благодати»[39] - пишет он о своём
знакомстве с Элоизой.
Спустя некоторое время после их знакомства, Элоиза забеременела. Абеляр
похитил свою возлюбленную и увёз к себе на родину. Только после рождения сына,
движимый больше чувством вины перед разбитым горем дядей своей возлюбленной,
чем какими бы то ни было другими мотивами, он решил жениться на ней, несмотря
на то, что она, как это ни странно, была против свадьбы. Девушка настолько
почитала Абеляра и его талант, что никак не хотела стать препятствием на его
пути в занятиях философией и богословием: «Она спрашивала: как сможет она
гордиться этим браком, который обесславит меня и равно унизит меня и её; сколь
большего наказания потребует для неё весь мир»[40]. Это
поведение девушки кажется столь непонятным и нелогичным, ведь подобные
отношения в ту эпоху ложились на людей пятном несмываемого позора. Хотя в этом
в действительности видна любовь Элоизы – она была готова пожертвовать своей
репутацией и будущим ради возлюбленного. Ведь «женатый теолог-наставник – вещь,
для того времени непредставимая»[41].
Несмотря на протесты Элоизы, брак, хоть и тайный, был заключён. Жена
Абеляра вернулась в дом дяди, чтобы их узы оставались в секрете. Однако
Фульбер, глубоко уязвлённый предательством, начал рассказывать всем о свадьбе
племянницы, а её, пытающуюся остановить его, жестоко наказывал. Желая защитить
жену, Абеляр вновь похитил её и укрыл в монастыре. Для Фульбера это была
последняя капля. В пылу ненависти он неверно истолковал поступок своего
новоявленного родственника и решился отомстить за свой позор[42]. Тут-то
Абеляра и постигло одно из тяжелейших бедствий, в корне изменивших его жизнь.
Фульбер подкупил слугу Абеляра и однажды ночью проник вместе с сообщниками
в его дом. Ужасный акт мести был совершён. Вот что пишет об этом сам Абеляр:
«…отомстили мне самым жестоким и самым позорным способом, вызвавшим всеобщее
осуждение: они изуродовали те части моего тела, которыми я совершил то, на что
они жаловались»[43]. Очень интересно читать
те строки произведения Абеляра, где он осмысливает происшедшее с ним, отдавая
себе отчёт в том, что через это злодеяние с ним работал Бог, смиряя его:
…я более страдал от их сострадания, чем от своей раны,
сильнее чувствовал стыд, чем нанесённые удары, и мучился больше от срама, чем
от физической боли. Я всё думал о том, какой громкой славой я пользовался и как
легко слепой случай унизил её и даже совсем уничтожил; как справедливо покарал
меня суд Божий в той части моего тела, коей я согрешил; сколь справедливым
предательством отплатил мне тот человек, которого раньше я сам предал[44].
Таким образом,
Абеляр признаёт, что ужасное физическое увечье, нанесённое ему Фульбером, стало
лишь следствием его собственного греха. Это событие подтолкнуло его к тому,
чтобы постричься в монахи, уйти в монастырь и позже приступить там к более
глубокому изучению богословия, которому раньше он уделял намного меньше
времени, чем философии. Элоиза же приняла монашеский постриг незадолго до
этого. Для обоих эти события стали сокрушающим ударом. Но читая об их
дальнейшей жизни, о том, как оба они самозабвенно служили Богу и людям, мы
понимаем, что это было им во благо. С другой же стороны, как уже было отмечено,
любовь их не прошла после разлуки, хоть и преобразилась. Вот что пишет об этом
Светлана Иль:
На этом кончается история любви -
всеохватывающей, земной, физической и краткой, любви, которая длилась от силы
два года... Но там, где она внезапно обрывается, начинается другая любовь -
духовная, ибо и Абеляр, и Элоиза умели любить друг друга и на расстоянии. Здесь
мы сталкиваемся с совершенно иной ипостасью любви, которая многим не только
недоступна, но и непонятна[45].
Через какие бы бедствия не приходилось проходить Абеляру, как бы
его ни гнали и ни преследовали, его жена и сестра всегда была поддержкой и
утешением для него. Когда он скончался, Элоиза похоронила его и ухаживала за
могилой ещё 20 лет. Она умерла в том же возрасте, что и он, и была похоронена в
той же могиле, символически воссоединившись, наконец, со своим возлюбленным[46].
Таким образом, рассмотрев второе бедствие, постигшее Пьера Абеляра
– его трагическую историю любви, - мы можем сделать вывод, что, в отличие от
бедствий, связанных с его богословскими баталиями и столкновениями с церковью,
это несчастье постигло его вследствие его собственного греха, его похоти.
Однако же, если решения соборов, приговаривающих его к сожжению трудов и
молчанию, сломили его, после чего он угас и скончался, то это злоключение
Господь, напротив, обратил во благо Абеляру. Через это событие Бог начал
смирять возгордившегося учителя, работать над ним и привлёк его к Себе. А
любовь Элоизы была для него опорой и вдохновением всю его жизнь.
Знакомясь с историей Пьера и Элоизы, мы также получили некое
представление о нравах и морали эпохи Средневековья, в церковных кругах в
частности. Больше мы рассмотрим этот вопрос в следующем пункте при исследовании
ещё одного бедствия, с которым пришлось столкнуться Абеляру.
4. БЕДСТВИЕ ТРЕТЬЕ: РАЗВРАЩЁННЫЕ НРАВЫ
ХРИСТИАН СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
Ибо, когда пришли мы в Македонию,
плоть наша не имела никакого покоя,
но мы были стеснены
отовсюду: отвне - нападения, внутри - страхи. (2Кор.7:5)
Как было упомянуто в предыдущем пункте, последствия страсти Абеляра
и Элоизы привели их обоих к монашескому постригу. Когда мы читаем «Историю моих
бедствий», нам открывается ужасающая картина жизни в Средневековых монастырях.
Наравне с отсутствием свободы мысли, о чем мы говорили выше, разврат там, где,
казалось бы, христианская вера должна была храниться в чистоте, и где искренне
верующий человек ожидал найти островок покоя посреди бушующего моря мирских
забот, был ещё одним бедствием, с которым вынужден был сталкиваться всякий
христианин того времени. На примере жизни Абеляра мы видим, как сложно было
христианину держаться своей веры в эти мрачные годы. Воспоминания теолога
позволяют нам изнутри взглянуть на эту ситуацию.
Надо отметить, что крайнее развращение монашества в то время
является общепризнанным фактом. Санников так пишет об этом:
Именно в
этот период монашество достигло крайнего выражения как в самом высоком и
достойном, так и в наиболее порочном и греховном. Рассматриваемый период
(классическое Средневековье) как на Западе, так и на Востоке стал высшей и
низшей точкой монашества одновременно<…> Клюнийское движение обновило
монашескую жизнь Западной Европы и к концу XI века достигло своих главных целей – отказа от симонии
и внебрачных связей духовенства<…> В то же время само клюнийское движение
с XII века утратило свою силу<…> Многие пороки
средневековой церкви распространились и на клюнийские монастыри, епархии и
приходы[47].
Таким образом, мы видим, что даже клюнийское движение, начавшее до
этого мощную реформу по обновлению чистоты монашества, ко времени, когда жил
Пьер Абеляр, само было вовлечено в водоворот пороков и разврата. Хотя в
действительности, всё это во многом объясняется исторически сложившимися
обстоятельствами. Если взглянуть на то, как люди приходили к решению стать
монахами, мы увидим, что многие были лишь «пленниками, заключёнными за монастырскими
стенами»[48]. Другие же шли туда
добровольно, но не в поисках более близких отношений с Богом, а прельщённые
деньгами богатых монашеских орденов. Женщины часто ссылались в монастыри в
случае, если никто не взял их замуж или же они наскучили мужьям. Другие же
девушки сами принимали монашеский постриг, имея тягу к знаниям – ведь «женские
монастыри были единственным местом, где молодая женщина могла получить хоть
какое-то образование»[49].
Большинство монахов и монахинь того времени не просто не имели призвания к
отшельнической жизни, но и не были христианами в подлинном смысле этого слова.
Поэтому, как пишет историк Джеймс Норт, «естественно, что в таких монастырях
можно было ожидать морального разложения. Некоторые женские монастыри мало чем
отличались от публичных домов, превратившись в центры порока в своей местности»[50].
Однако Бог действовал и в жизнях людей, пришедших в монастыри с
неверными мотивами. Примером тому является сам Абеляр, который, как мы уже
увидели, приблизился к Господу и стал углубляться в богословские исследования
именно после того, как трагедия личной жизни заключила его в монастырских
стенах:
Теперь-то,
в постигшем меня несчастье я должен познать руку божью и тем больше заняться
изучением наук – дабы стать истинным философом для бога, а не для людей, - чем
свободней я стал ныне от плотских искушений и поскольку меня не рассеивает шум
мирской жизни[51].
Из-за трагедии, постигшей Абеляра как мужчину, он был и на
физическом уровне лишён повода ко греху, что сам называл действием Божьей
милости, так как теперь он был неподвержен тем искушениям, с которыми
большинство его собратьев по монастырю даже не пытались бороться. Но отличаясь
от них, воздерживаясь от развратной жизни, не участвуя в их греховных делах,
Абеляр служил живым обличением для всей монастырской братии, включая самого
аббата, который, стоя «выше всех прочих по своему сану, был ниже по образу
своей жизни и ещё более – по своей дурной славе»[52]. А
обличал он их не только своей благочестивой жизнью, но и речами, как учит Божье
Слово. Уже познакомившись немного с личностью Пьера Абеляра, мы помним о его
прямолинейном характере и готовности отстаивать истину любой ценой. Всё это
объясняет те бедствия, которые постигли его в монастырских стенах. Преследовали
его не только из зависти к его таланту и успеху, но и просто из ненависти,
возникшей к нему у монахов из-за обличений совести.
Большая часть воспоминаний Абеляра, описанных в «Истории моих
бедствий» посвящена именно ужасам, с которыми ему пришлось столкнуться в
монастырях. С огромным трудом ему удалось вырваться из заключения в монастыре
Сен-Дени, где он принял постриг. Это бегство было осуществлено, лишь благодаря
помощи властительных покровителей, и стоило ему многих горестей. Сбежав из
этого рабства, монах ушёл в пустынное место, ища уединения и утешения в
Господе. За ним последовали многие его ученики, и с их помощью Абеляр основал
свой монастырь, назвав его Параклет – Утешитель, в благодарность Господу,
Который один был рядом и поддерживал его во всех его горестях. Однако радость
Абеляра продлилась недолго. Его принудили отправиться настоятелем в монастырь
святого Гильдазия Рюиского в Бретани – и он попал в условия, ещё более ужасные,
чем прежде. Параклет же стал пристанищем для сестры Абеляра в Господе, его
возлюбленной Элоизы, которая также была утешением для его души.
Абеляр ощущал, что оказался сосланным на край земли – Бретань
находилась на берегу Атлантического океана, другой берег которого ещё никто не
видел. За стенами монастыря жил не принимающий христианство народ, говорящий на
чужом языке и то и дело покушавшийся на монахов. Внутри же было не намного
спокойнее. Абеляр как настоятель должен был исправить нравы в монастыре,
которые были развращены до предела. По его словам, «каждый из монахов содержал
сам себя, своих наложниц, сыновей и дочерей за счёт средств, бывших некогда их
собственными»[53], а теперь принадлежавших
монастырю. Чтобы прокормиться, они «крали и тащили всё, что могли»[54]. Новоявленный
аббат предпринял попытки что-то изменить, однако это тут же вызвало острую
ненависть к нему всех монахов. Пожалуй, одни из самых шокирующих и ужасающих
эпизодов в автобиографической повести Абеляра – это те, где он описывает
множество попыток убить его со стороны монахов монастыря св. Гильдазия. Доведённый
до отчаяния, он даже подумывал о том, чтобы в одиночку покинуть христианский
мир и поселиться в далёкой стране, «чтобы там, среди врагов Христа, под
условием уплаты какой-нибудь дани спокойно жить по-христиански»[55].
Единственными моментами утешения для Абеляра были те редкие случаи,
когда он мог навещать Элоизу и её подопечных монахинь в Параклете, чтобы
наставлять их. Хотя и за это ему приходилось платить – будучи развращены сами,
монахи подозревали в таких же греховных мотивах посещения женской обители и
его, несмотря на его увечье. Поэтому несчастному монаху пришлось отражать и
стрелы клеветы.
Таким образом, на личном примере Пьера Абеляра мы видим, что,
несмотря на всю власть и авторитет церкви в эпоху Средневековья, это время было
очень непростым для искренне верующего христианина. Сама атмосфера даже в
монастырях наиболее уважаемых орденов и в папской резиденции была настолько
пропитана пороком и развращёнными нравами, что крайне нелегко было сохранить
личную святость и не разочароваться в христианстве в принципе, видя, насколько
оно прогнило изнутри. Однако люди, искренне любящие Бога, подобно Абеляру,
твёрдо стояли до конца, находя утешение в Господе и утешая других.
В данной работе мы познакомились с биографией одного из самых
выдающихся людей, живших в Средневековой Европе – французского философа и
теолога, известнейшего представителя схоластики XII века – Пьера Абеляра. Нас
интересовала история жизни этого неординарного человека. Мы ставили перед собой
цель проанализировать автобиографическую повесть знаменитого монаха, а также
посвящённые ему работы различных историков и критиков, чтобы увидеть тот
исторический контекст, в котором жили христиане Средневековья, те бедствия, с
которыми им приходилось сталкиваться, на его примере. Также одним из наших
намерений было взглянуть изнутри на эту суровую эпоху глазами того, кому
пришлось жить в это непростое время, что нам удалось сделать особенно благодаря
прямому и искреннему рассказу богослова о своей судьбе.
Работа состоит из введения, четырёх глав и заключения. В первой главе
мы рассмотрели взгляды различных авторов на жизнь и деятельность Пьера Абеляра,
его вклад в историю философии и развитие богословия, а также на его личность.
Это было сделано с целью получить объективное представление о нём, его роли в
его эпоху и о его злоключениях прежде, чем приступать к знакомству с
автобиографическим трудом Абеляра, ведь зачастую люди преувеличивают как
достижения свои, так и бедствия. Было установлено, что он действительно был
выдающимся философом и богословом, привнёсшим много новых идей в средневековую
западноевропейскую теологию, оказавшим значительное влияние на науку своего
времени и запечатлённым на страницах истории как яркая, неординарная личность,
как человек, готовый претерпеть многие лишения ради торжества истины и развития богословской мысли.
Сделав небольшой обзор посвящённых Абеляру и его временам работ, мы
также получили первое представление о тех бедствиях, которые ему пришлось
пережить. Примечательно оказалось, что все эти события действительно были
строго обусловлены историческим контекстом происходящего. На более детальное
исследование этих взаимосвязей были направлены последующие три главы.
Во второй главе особое внимание уделялось философским и
богословским баталиям Абеляра и историческим предпосылкам гонений на него со
стороны прочих философов и богословов и даже официальной Римско-католической
церкви. С перспективы времени видно, что этот талантливый человек родился
именно в ту эпоху, когда возникли такие условия, которые смогли
поспособствовать развитию его дара и где он смог применить свой блестящий ум.
Однако же, в эти суровые времена многие талантливые люди поплатились жизнью за
свои новые идеи и свежий взгляд на привычные вещи. Среди них оказался и Абеляр.
Подобная ситуация, как мы
увидели в ходе исследования, обусловлена несколькими причинами. Во-первых, характером этого «человека
скандала», любящего дебаты и прямолинейно выражающего свою точку зрения, не
всегда совпадающую с общепринятой. Во-вторых,
его блестящим умом, благодаря которому он имел успех, вызвавший не только
восхищение, но и зависть современников. В-третьих,
сложившейся в то время системой обучения в университетах, при которой студенты
могли переходить от одного преподавателя к другому в зависимости от своих
предпочтений. В-четвёртых, развитием
в то время двух основных направлений в философии и богословии – схоластики и
мистики. Будучи схоластом, Абеляр имел богословские споры с мистиками. Самым
известным из них стал Бернар Клервоский, который добился, чтобы сам папа
Иннокентий II
приговорил его соперника к вечному молчанию.
Третья глава нашей работы была полностью посвящена анализу личной
трагедии Пьера Абеляра – истории его любви с Элоизой Фульбер. Так как целями
нашей работы являлось с одной стороны рассмотреть через призму жизни Абеляра нравы
Средневековья, а с другой – увидеть пример того, как христианин справляется с
постигающими его трудностями, мы посчитали целесообразным взглянуть на
взаимоотношения Пьера и Элоизы, через которые мы увидели и то, и другое.
Рассмотрев эту драму, случившуюся в жизни знаменитого теолога, мы можем сделать
вывод, что, в отличие от бедствий, связанных с его богословскими баталиями и
столкновениями с церковью, это несчастье постигло его вследствие его
собственного греха, его похоти. Однако же, если решения соборов,
приговаривающих его к сожжению трудов и молчанию, сломили его, после чего он
угас и скончался, то это злоключение Господь, напротив, обратил во благо
Абеляру. Через это событие Бог начал смирять возгордившегося учителя, работать
над ним и привлёк его к Себе. А любовь Элоизы была для него опорой и
вдохновением всю его жизнь.
Знакомясь с историей Пьера и Элоизы, мы также получили некое
представление о нравах и морали эпохи Средневековья, в церковных кругах в
частности. Четвёртая глава была полностью посвящена анализу этого вопроса.
Исследуя эту проблему, мы пришли к выводу, что разврат там, где,
казалось бы, христианская вера должна была храниться в чистоте, и где искренне
верующий человек ожидал найти островок покоя посреди бушующего моря мирских
забот, был ещё одним бедствием, с которым вынужден был сталкиваться всякий
христианин того времени. На примере жизни Абеляра мы увидели, как сложно было
христианину держаться своей веры в эти мрачные годы. Сама атмосфера даже в
монастырях наиболее уважаемых орденов и в папской резиденции была настолько
пропитана пороком и развращёнными нравами, что крайне нелегко было сохранить
личную святость и не разочароваться в христианстве в принципе, видя, насколько
оно прогнило изнутри. Однако люди, искренне любящие Бога, подобно Абеляру,
твёрдо стояли до конца, находя утешение в Господе и утешая других.
Итак, подведя итог всему вышесказанному, можно сказать, что в ходе
работы нам удалось погрузиться в исторический контекст классического
Средневековья, увидеть многие сложности, с которыми сталкивался человек и
христианин того времени. Однако, что нам представляется намного более ценным, у
нас была возможность увидеть на примере конкретного человека, Пьера Абеляра,
то, как он справлялся со всеми постигающим его бедствиями, хранил личную
святость и стремился прославлять Бога, несмотря на все препятствия. Очень
интересным нам кажется тот факт, что монах писал историю своих бедствий, не
столько чтобы излить душу, сколько чтобы принести утешение читателям, будучи
сам утешен Господом, несмотря ни на что. Читая о его судьбе, мы имеем
возможность с одной стороны с перспективы времени увидеть, как использовал Бог
все трагедии в его жизни во благо ему, чтобы привлечь его к Себе и сформировать
его характер. С другой же стороны, мы очень наглядно видим, что единственным
истинным источником утешения является только Господь. Несмотря на то, что те
бедствия, с которыми могут сталкиваться христиане в наши дни, отличаются от
средневековых проблем, мы можем и должны помнить и применять в своей жизни эти
простые истины.
1.
Абеляр Пьер. – URL: http://istina.rin.ru/cgi-bin/print.pl?id=1135&sait=3
(дата обращения 12.03.2010)
2. Абеляр,
П. История моих бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр, П. История моих
бедствий: Пер. с латин. - М.: Республика, 1992. –335 с.
3. Жильсон,
Э. Философия в средние века: От истоков патристики до конца XIV века: Пер. с фр. – М.:Республика,
2004. – 678 с.
4.
Иль, С. Элоиза и Абеляр (Пьер Абеляр и Элоиза Фульбер).
- URL: http://www.passion.ru/s.php/1157.htm
( дата обращения: 12.03.2010)
5.
Неретина, С.С. Абеляр и особенности средневекового
философствования/Абеляр П. Тео-логические трактаты: Пер. с лат./Вступ.ст. сост.
Неретиной С.С. – М.: Прогресс, Гнозис, 1995. – 413 с.
6.
Норт, Дж. История Церкви. – М., «Протестант», 1993. – 416
с.
8.
Пискунова, С. И. Пьер Абеляр. URL: http://www.portal-slovo.ru/philology/37492.php (дата обращения 12.03.2010)
9.
Рабинович, В.Л. Урок Абеляра: текст-жизнь/ Августин Аврелий.
Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с латин - М.: Республика, 1992. – 335 с.
10. Сайт:
ХРОНОС - Всемирная история в Интернете. Пьер Абеляр. Биография.- URL: http://www.peoples.ru/love/abelard-heloise/ (дата обращения: 12.03.2010).
11. Санников,
С.В. Двадцать веков христианства. Второе тысячелетие. – Одесса, СПб.:
Богомыслие, 2002. – Т. 2 – 704 с.
[1] Санников С. В. Двадцать веков христианства. Второе
тысячелетие. – Одесса, СПб.: Богомыслие, 2002. – Т2. – С.1. 54
[3] Жильсон Э. Философия в
средние века: От истоков патристики до конца XIV века: Пер. с фр. – М.:Республика, 2004. – С.212
[4] Жильсон Э. Философия в
средние века: От истоков патристики до конца XIV века: Пер. с фр. – М.:Республика, 2004. – С.218
[5] Там же. С.221
[6] Там же. С.218
[8] Жильсон Э. Философия… -
С.211
[9] Иль С. Элоиза и Абеляр
(Пьер Абеляр и Элоиза Фульбер). URL:http://www.passion.ru/s.php/1157.htm
( дата обращения: 12.03.2010)
[10] Норт Дж. История Церкви.
– М., «Протестант», 1993. – С.195
[11] Санников С. В. Двадцать
веков христианства. Второе тысячелетие. – Одесса, СПб.: Богомыслие, 2002. – Т.
2. – С.123
[12] Там же. С.131
[13] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.260
[14] Неретина С.С. Абеляр и
особенности средневекового философствования/Абеляр П. Тео-логические трактаты:
Пер. с лат./Вступ.ст. сост. Неретиной С.С. – М.: Прогресс, Гнозис, 1995. – С.34
[15] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.279
[16] Там же. С.265
[17] Каноник – это официальное
духовенство епархий, то есть обычно те, кто помогал в работе кафедральной
церкви, резиденции епископа. Обычно это было белое духовенство, то есть
духовенство в миру, противопоставляющее себя чёрному духовенству, которое жило
по монастырским правилам. Норт Дж. История Церкви. – М., «Протестант», 1993. –
С191.
[18] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.263
[19] Там же. С.264
[20] Санников С. В. Двадцать
веков христианства. Второе тысячелетие. – Одесса, СПб.: Богомыслие, 2002. – Т.
2. – С.150
[21] Там же. С.150
[22] Схоластика представляла
собой попытку рассудочно оправдать и поддержать церковную веру. Схоласты
пытались систематизировать и привести в гармонию с разумом доктрины и понятия
христианства, но при этом они не стремились к поиску истины, а только хотели
обосновать уже существующие доктрины. Там же. С.126
[23] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.278
[24] Пискунова С. И. Пьер
Абеляр. URL: http://www.portal-slovo.ru/philology/37492.php (дата обращения 12.03.2010)
[25] Пискунова С. И. Пьер
Абеляр. URL: http://www.portal-slovo.ru/philology/37492.php (дата обращения 12.03.2010)
[26] Рабинович В.Л. Урок
Абеляра: текст-жизнь/ Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих
бедствий: Пер. с латин - М.: Республика,
1992. – С.315
[27]. Пискунова С. И. Пьер
Абеляр. URL: http://www.portal-slovo.ru/philology/37492.php (дата обращения 12.03.2010)
[28] Сайт: ХРОНОС - Всемирная
история в Интернете. Пьер Абеляр. Биография.- URL: http://www.peoples.ru/love/abelard-heloise/ (дата обращения: 12.03.2010).
[29] Санников С. В. Двадцать
веков христианства. Второе тысячелетие. – Одесса, СПб.: Богомыслие, 2002. – Т.
2. – С.151
[30] Абеляр Пьер. – URL: http://istina.rin.ru/cgi-bin/print.pl?id=1135&sait=3 (дата обращения 12.03.2010)
[31] Жильсон Э. Философия в
средние века: От истоков патристики до конца XIV века: Пер. с фр. – М.:Республика, 2004. – С.212
[32] Там же. С.626
[33] Иль С. Элоиза и Абеляр (Пьер Абеляр и Элоиза
Фульбер). URL http://www.passion.ru/s.php/1157.htm (дата обращения: 12.03.2010)
[34] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.266
[35] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.266
[36] Там же. С.267
[37] Иль С. Элоиза и Абеляр (Пьер Абеляр и Элоиза Фульбер).
URL http://www.passion.ru/s.php/1157.htm (дата обращения: 12.03.2010)
[38] Там же.
[39] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.266
[40] Там же. С.269
[41] Пискунова С. И. Пьер
Абеляр. URL: http://www.portal-slovo.ru/philology/37492.php (дата обращения 12.03.2010)
[42] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. –
С.270-272
[43] Абеляр П. История моих бедствий /Августин
Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с латин - М.: Республика, 1992. – С.272
[44] Там же.
[45] Иль С. Элоиза и Абеляр (Пьер Абеляр и Элоиза Фульбер).
URL http://www.passion.ru/s.php/1157.htm (дата обращения: 12.03.2010)
[46] Перевезенцев С. В. Пьер Абеляр.- URL: http:// www.portal-slovo.ru (дата обращения: 12.03.2010).
[47] Санников С. В. Двадцать
веков христианства. Второе тысячелетие. – Одесса, СПб.: Богомыслие, 2002. – Т.
2. – С.77-78
[48] Норт Дж. История Церкви.
– М., «Протестант», 1993. – С.194
[49] Норт Дж. История Церкви.
– М., «Протестант», 1993. – С.196
[50] Там же. С.195
[51] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.273
[52] Там же. С.274
[53] Абеляр П. История моих
бедствий /Августин Аврелий. Исповедь: Абеляр П. История моих бедствий: Пер. с
латин - М.: Республика, 1992. – С.287
[54] Там же.
[55] Там же. С.286
Комментариев нет:
Отправить комментарий